В четверг, 5 ноября 2026 года, публичные переговоры о формировании нового латвийского правительства фактически взяли паузу. Советник по коммуникации премьер-министра и кандидата на пост главы нового Кабинета министров (Ministru kabinets) Андриса Кулбергса (Andris Kulbergs) Элина Шверна (Elīna Šverna) сообщила агентству LETA, что на этой неделе публичных встреч с политическими партиями больше не будет. Продолжаются ли в это время непубличные консультации и с кем именно, представитель премьера не уточнила.

Днём ранее, 4 ноября, президент Латвии Эдгарс Ринкевичс (Edgars Rinkēvičs) в Рижском замке официально подписал распоряжение, доверив лидеру «Объединённого списка» («Apvienotais saraksts», AS) формирование нового правительства. За кулисами этой паузы тикает вполне конкретный финансовый таймер: согласно правительственному графику подготовки бюджета на 2027 год, если новый Кабинет министров не получит вотум доверия в Сейме (Saeima) примерно к 19 ноября, Минфин должен будет готовить временный — так называемый технический — бюджет на 2027 год. Такой режим начнёт применяться с 1 января, если к тому времени полноценный бюджет не вступит в силу.


Календарный тупик 19 ноября и что такое технический бюджет

Для обычного жителя страны фраза «временный бюджет» (pagaidu budžets) может звучать тревожно, однако остановки выплат пенсий, пособий или зарплат бюджетникам она не означает. Порядок действий в такой ситуации строго регламентирует 15-я статья Закона о бюджете и финансовом управлении (Likums par budžetu un finanšu vadību).


В год парламентских выборов проект главного финансового закона страны готовит уже новый созыв парламента и утверждённое им правительство. Если к началу хозяйственного года закон о бюджете не вступил в силу, министр финансов утверждает необходимые для работы государства расходы в рамках временного бюджета. Главные последствия такого режима вполне конкретны:

  • Ограничения для новой политики: временный бюджет существенно ограничивает финансирование новых инициатив, реформ и инвестиций, но сам по себе не запрещает принимать законы или изменять налоговые ставки.
  • Соцвыплаты сохраняются: финансирование пенсий, пособий и оплаты труда продолжается по действующим законам; предусмотренные ими перерасчёты и индексации также учитываются.
  • Отсрочка для самоуправлений и отраслей: министерствам и самоуправлениям придётся учитывать ограничения временного финансирования; новые проекты без ранее предусмотренного покрытия могут быть отложены, хотя, например, для финансируемых при поддержке ЕС проектов закон предусматривает исключения.

По расчётам и графику, представленным Кабинетом министров в октябре 2026 года, пороговой датой является середина ноября — ориентировочно 19 ноября. К государственным праздникам 18 ноября и Ринкевичс, и сам Кулбергс рассчитывали определиться с новой правительственной командой. При этом Кулбергс уже допускает, что полноценный бюджет удастся принять только в середине или конце января 2027 года. На согласование министерских портфелей, декларации правительства и распределение мест в парламентских комиссиях до праздников остаётся меньше двух недель.


Почему Кулбергс заговорил о нехватке денег на обязательства государства

Завершая 2 ноября первый раунд переговоров с партиями, прошедшими в 15-й Сейм (куда не позвали лишь блок «Суверенная власть / Объединение Младолатыши» — «Suverēnā vara/Apvienība Jaunlatvieši»), Андрис Кулбергс сделал резкое заявление. По словам премьера, уже в следующем году государству может не хватить средств на выполнение ранее взятых обязательств перед обществом и международными партнёрами.


Что именно скрывается за этой формулировкой? Если заглянуть в октябрьскую бюджетную документацию правительства по подготовке рамок на 2027–2030 годы, картина складывается из четырёх ключевых показателей:

  • Государственный долг: с нынешних примерно 48% от ВВП он движется в направлении 54% к 2029 году.
  • Обслуживание госдолга: в 2027 году только на выплату процентов по займам придётся отдать около 681 млн евро — это сопоставимо с годовым бюджетом целого отраслевого министерства.
  • Принятые ранее решения без финансового покрытия: по состоянию на 30 июня 2026 года предыдущие составы правительства и Сейма утвердили законы и программы, под которые в базовом бюджете нет источника финансирования на сумму от 441,3 млн евро в 2027 году до 699,3 млн евро в год к 2030 году.
  • Законодательный порог на оборону: не менее 5% от прогнозируемого ВВП уже со следующего года.

Ключевая проблема кроется именно в непокрытых деньгами обязательствах (включая графики повышения зарплат педагогам и отраслевые программы). Правило бюджетной дисциплины звучит жёстко: если отраслевое министерство не находит средств внутри своей существующей базы, исполнение уже принятых решений откладывается или вводится постепенно.


К этому добавляется и внешнеполитическое обязательство, о котором 3 ноября с трибуны Сейма прямо напомнил депутатам Эдгарс Ринкевичс: Закон о финансировании государственной обороны (Valsts aizsardzības finansēšanas likums) требует со следующего года направлять на оборону не менее 5% от прогнозируемого ВВП. Президент подчеркнул, что «это фундаментальная необходимость, а не прихоть». Если учесть, что в законе о бюджетных рамках прогнозируемый ВВП Латвии в фактических ценах на 2027 год оценивается в 46,026 миллиарда евро, то 5% означают необходимость обеспечить для оборонного сектора около 2,3 миллиарда евро.


Миф о «2,5 миллиардах налоговых льгот» и реальные деньги

Когда политики рассуждают о том, где взять деньги без прямого повышения ставок НДС или подоходного налога, в публичном пространстве регулярно всплывает тезис Госконтроля (Valsts kontrole) о пересмотре налоговых льгот объёмом более чем в 2,5 миллиарда евро. Однако правительственные документы показывают, почему эта цифра является скорее бухгалтерской иллюзией.


Из общей суммы оцениваемых льгот в 2,683 миллиарда евро львиную долю — 2,066 миллиарда евро — составляют необлагаемый минимум для пенсионеров (который в период работы 14-го Сейма был поднят до 1000 евро в месяц) и работающих жителей, а также налоговые льготы за иждивенцев. Отнять эти деньги у пенсионеров и семей с детьми не решится ни одна коалиция.


Реальное поле для манёвра, которое рассматривает Министерство финансов (Finanšu ministrija, FM), составляет около 600 миллионов евро: это сниженные ставки НДС (171 млн евро), льготы по налогу на прибыль предприятий (94 млн евро), акцизы (78 млн евро), налог на недвижимость (27 млн евро) и оправданные расходы жителей за медицину и образование. Причём в предварительных бюджетных расчётах потенциальный эффект от пересмотра этих позиций скромно оценён всего в 60 миллионов евро ежегодно начиная с 2028 года. Отдельно рассматривается возможность разового перечисления 135 миллионов евро из свободных средств госкомпании «Latvijas valsts meži», но этот ресурс предлагается направить на сокращение госдолга, а не на новые расходы.


Политическая арифметика: кто готов резать расходы

Именно необходимость принимать крайне непопулярные решения — пересматривать количество министерств, урезать функции госуправления и откладывать предвыборные обещания — объясняет, почему переговоры о коалиции забуксовали и ушли из публичной плоскости.


«Я чётко указал, что нам нужно говорить о серьёзном урезании бюджета. Это означает также в долгосрочной перспективе пересмотреть число министерств и функции, которые берёт на себя государство. Будут и жёсткие решения — реализацию отдельных задумок придётся отложить на более позднее время, когда появится финансирование», — заявил Андрис Кулбергс после встречи с партией «Латвия на первом месте» («Latvija pirmajā vietā», LPV).


Сложившаяся в 15-м Сейме расстановка сил делает задачу Кулбергса уникальной. У «Объединённого списка» — 41 мандат. С 5 ноября самому Кулбергсу пришлось временно взять на себя ещё и обязанности министра юстиции в действующем правительстве, поскольку прежний глава Минюста Эдвардс Смилтенс (Edvards Smiltēns) сложил министерские полномочия ради поста спикера Сейма.


Как мы уже разбирали в материале о первых голосованиях 15-го Сейма при выборах Президиума, бывшая правящая партия «Новое Единство» («Jaunā Vienotība», JV), получившая всего 7 мандатов, осталась вообще без мест в руководстве парламента. Зато пост секретаря Сейма с 68 голосами «за» получила представительница LPV Рамона Петравича (Ramona Petraviča), а вице-спикерами стали Инара Мурниеце (Ināra Mūrniece) от Национального объединения (Nacionālā apvienība, NA) и Раймондс Вейонис (Raimonds Vējonis) от AS. Лидер LPV Айнарс Шлесерс (Ainārs Šlesers) уже публично предложил Кулбергсу голоса своих 17 депутатов для «правительства профессионалов» или даже поддержку кабинета меньшинства — при условии проведения жёстких реформ и сокращения госаппарата.


Вместе у AS (41), LPV (17) и NA (10) — 68 голосов, что в точности совпадает с результатом голосования за Петравичу. Однако голосование было тайным, поэтому арифметическое совпадение ещё не доказывает, что за неё голосовали именно депутаты этих трёх сил. Гипотетический альтернативный вариант с «Прогрессивными» («Progresīvie», 10 мандатов), где Кулбергс также отметил совпадение взглядов на реформу госуправления, и NA даёт 61 голос, а союз только с NA — зыбкие 51 голос, которых для болезненного секвестра бюджета явно недостаточно.


Кулбергс настаивает, что голосование за Президиум Сейма не предопределяет конфигурацию будущего Кабинета министров и «на столе остаются все варианты», включая кабинет меньшинства. В числе обсуждаемых комбинаций — AS с NA и JV (58 мандатов) или AS только с NA (51 мандат). Однако пауза в публичных переговорах 5 ноября свидетельствует о том, что стадия публичных деклараций закончилась. В ближайшие две недели партиям придётся делить не столько министерские кресла, сколько политическую ответственность за заморозку обещаний на сотни миллионов евро.

#Латвия #Latvija #Рига #Rīga #Сейм #АндрисКулбергс #AndrisKulbergs #ЭдгарсРинкевичс #EdgarsRinkēvičs #АйнарсШлесерс #AinārsŠlesers #ОбъединённыйСписок #ApvienotaisSaraksts #Госбюджет